Государственный департамент США
Специальный брифинг
Сара Роджерс, заместитель государственного секретаря по вопросам публичной дипломатии (республиканка)
Лондонский медиацентр
9 июня 2026 года
МОДЕРАТОР: Приветствую всех из Лондонского международного медиацентра Государственного департамента США. Я хотела бы поприветствовать журналистов, подключающихся из Индии, Непала, Узбекистана, Туркменистана и других стран мира, на этом брифинге с участием заместителя государственного секретаря по вопросам публичной дипломатии Сары Роджерс. Заместитель госсекретаря Роджерс расскажет о проекте “Свобода 250” и о своей недавней поездке, посвященной развитию коммерческой дипломатии, сохранению культуры, цифровой свободе и инновациям.
На этот брифинг отводится 30 минут, и он проводится в режиме “для печати”. Сначала г-жа Роджерс сделает вступительное заявление, после чего она ответит на вопросы участвующих журналистов.
Теперь я передаю слово заместителю госсекретаря Роджерс для ее вступительного слова. Прошу вас, мэм.
ЗАМЕСТИТЕЛЬ ГОССЕКРЕТАРЯ РОДЖЕРС: Большое спасибо. Всем добрый день, и спасибо за участие в брифинге. Я рада присоединиться к вам сегодня по завершении продуктивной двухнедельной поездки по Южной и Центральной Азии – от Нью-Дели до Катманду, от Самарканда и Ташкента до Ашхабада. Эта поездка подтвердила то, что и так было очевидно. У Соединенных Штатов есть замечательные партнеры в этом регионе, и потенциал для более глубокого сотрудничества велик как никогда.
Во всех четырех странах, которые я посетила, каждую мою беседу и диалог определяли три приоритета – коммерческая дипломатия, сохранение культуры и обеспечение взаимосвязи посредством цифровой свободы и инноваций.
В сфере коммерческой дипломатии, находясь в Индии, я присоединилась к послу США Гору в Индийском технологическом институте (IIT) в Нью-Дели, чтобы рассказать о TRUST. Эта аббревиатура означает “Преобразование отношений с использованием стратегических технологий”, инициатива TRUST (“Доверие”). Это наше партнерство с Индией в области надежных технологий искусственного интеллекта (ИИ) и критически важных и перспективных технологий.
В Непале я выступила с программной речью на саммите Ascent Summit, в котором приняли участие альпинисты, шерпы, представители компаний, занимающихся технологиями для активного отдыха, а также высокопоставленные лица и артисты, чтобы отметить 250-летие американских достижений в сфере активного отдыха и экстремальных видов спорта, включая, в особенности, восхождения на Эверест. Я говорила о духе любопытства и храбрости, который побуждает американцев покорять новые рубежи, как горные, так и другие, и который обеспечивает нам особую связь с Гималаями. Я также встретилась с членами Американской торговой палаты и высокопоставленными правительственными должностными лицами с целью продвижения американских инвестиций в размере 550 млн долларов в рамках соглашения по линии корпорации “Вызовы тысячелетия” и обсудила реформы инвестиционного климата, которые откроют новые возможности для американского бизнеса в Непале.
В Узбекистане я подписала совместное заявление, знаменующее начало реализации новой программы Фулбрайта, ориентированной на критически важные полезные ископаемые и энергетику. Это конкретный пример партнера, готового инвестировать вместе с Соединенными Штатами.
А здесь, в Туркменистане, я оценивала презентации молодых предпринимателей, участвовавших в нашей программе C5+O.N.E., в формате телепередачи Shark Tank. Очевидно, что C5 – это пять государств Центральной Азии, а O.N.E. расшифровывается как Opening Networks through English (“Налаживание связей с помощью английского языка”). Это одна из наших инициатив по созданию в Центральной Азии сети специалистов, получивших образование и необходимые навыки для взаимодействия с американскими компаниями. Это отличный инструмент коммерческой дипломатии.
В вопросах сохранения культурного наследия США гордятся тем, что инвестируют в наследие и культурный суверенитет своих партнеров. В Непале я посетила 7 объектов, финансируемых американским Посольским фондом охраны культуры (AFCP), на площади Патан Дурбар, где потомки первоначальных ремесленников прошли обучение восстановлению того, что было утрачено в результате землетрясения 2015 года. Это является свидетельством их стойкости, мастерства и общей приверженности делу. И я опубликовала в сети Twitter серию постов с замечательными фотографиями из этой поездки, с которыми могут ознакомиться все желающие.
В Узбекистане я торжественно открыла крупнейший проект AFCP в Центральной Азии на знаменитой площади Регистан в Самарканде, где мне выпала честь подписать и установить реставрационную плитку вместе с нашими узбекскими партнерами в одной из наиболее полно отреставрированных мозаик.
И здесь, в Туркменистане, я посетила государственный музей, чтобы увидеть реставрированную головы Будды 5-го века. Этот проект стал возможен благодаря замечательному партнерству между AFCP и музеем Гетти. Я также осмотрела некоторые из самых ценных лошадей ахалтекинской породы Туркменистана, признанной ЮНЕСКО частью культурного наследия человечества. Мне даже довелось прокатиться на одной из них. И я выступила в качестве судьи первых в истории страны дебатов в американском университетском формате здесь, в Американском центре в столице Туркменистана Ашхабаде.
Что касается взаимосвязей и цифровой свободы, от Катманду до Ашхабада я неизменно доносила одну и ту же идею: открытые информационные экосистемы и свобода слова – это не просто гуманитарные ценности; это краеугольные камни экономического роста и инноваций. Я встречалась с представителями средств массовой информации и создателями контента как в Узбекистане, так и в Туркменистане, и меня поразили их креативность, смелость и стремление использовать инструменты и свободы, позволяющие независимым голосам процветать.
В Американском центре здесь, в Ашхабаде, который предоставляет единственный во всем Туркменистане бесплатный, неограниченный общественный доступ в интернет, мне выпала честь наблюдать за тем, как молодые люди уверенно и убедительно обсуждают различные идеи. Я также имела честь выступить соорганизатором первого в истории Совещания министров культуры группы C5+1 в Узбекистане, собравшей министров культуры всех пяти центральноазиатских государств. И там я с удовольствием объявила от имени США о двух новых инициативах. Во-первых, это новая программа обмена лидерами среди музейных специалистов. Эти центральноазиатские страны обладают одним из величайших культурных наследий мира, древними памятниками Великого Шелкового пути, поэтому сотрудничество с их музейными специалистами в области сохранения древностей является для нас важным направлением работы. Второй объявленный мной проект сотрудничества носит многосторонний характер. Он охватывает всю группу C5+1 и представляет собой платформу для сотрудничества в области пограничного контроля в отношении незаконной торговли древностями и других трансграничных преступлений.
Таким образом, эта встреча министров стран C5+1, да и вся эта поездка в целом, отражают приверженность президента Трампа углублению взаимодействия Соединенных Штатов в этом регионе, опираясь на его исторический прием глав государств “центральноазиатской пятерки” и на недавний визит госсекретаря Рубио в Индию. США не просто присутствуют в Южной и Центральной Азии. Мы заинтересованы в людях, партнерских отношениях и общем будущем, которое мы строим вместе. Спасибо. Теперь я с удовольствием отвечу на ваши вопросы.
МОДЕРАТОР: Благодарю вас, г-жа заместитель госсекретаря. Наш первый вопрос предварительно направил Сонам Джелли из газеты Arunachal Pioneer. Он гласит: “Нужна ли нам цензура в СМИ, и с какими вызовами сталкивается цензура в социальных сетях?”
ЗАМЕСТИТЕЛЬ ГОССЕКРЕТАРЯ РОДЖЕРС: Большое спасибо за вопрос. Я придерживаюсь позиции, основанной на Первой поправке к Конституции США, и считаю, что лучшее определение цензуры – это когда централизованная власть, особенно правительство, подавляет высказывания или наказывает за них. И цензура наиболее остра, когда правительство подавляет высказывания или наказывает за них на основе точки зрения, излагаемой в этих высказываниях.
Как американка – и не просто как американский юрист, а как американка, которая росла и добивалась успеха под защитой Первой поправки, – я не думаю, что какой-либо стране нужна цензура. И на самом деле, я считаю, что нам всем гораздо лучше без нее. Более того, многие американские инновации восходят к нашей традиции свободы слова и свободного предпринимательства – и того, и другого. Если бы, например, информационные технологии не могли сканировать весь интернет и анализировать книги, написанные на протяжении веков, то не существовали бы большие языковые модели, которые сейчас революционизируют мир. Американская свобода – вот почему эти модели были созданы в Америке. И действительно, все технологические инновации основаны на способности оспаривать устоявшиеся представления, а также переосмысливать и рекомбинировать идеи. Это центральные элементы свободы слова.
Думаю, суть вопроса, скорее всего, сводится к тому, должны ли существовать какие-то правила поведения в интернете? И, на мой взгляд, американцы однозначно согласны с тем, что они должны быть, но эти правила не обязательно должны включать цензуру. Они не обязательно должны включать подавление идей или наказание за них со стороны правительства.
Если вам нужны примеры того, как Соединенные Штаты принимают определенные правила поведения в интернете, я думаю, хорошим примером является закон “О мерах по борьбе с известными случаями злоупотреблений путем блокировки технологически созданных дипфейков на веб-сайтах и в сетях”, инициатором которого выступила наша первая леди Мелания Трамп. Этот закон предоставляет жертвам дипфейков и других изображений интимного характера, полученных без согласия жертвы, право на удаление таких материалов. Это пример того, как устраняется вред, причиняемый в реальной жизни. Например, если кто-то распространял поддельные фотографии, изображавшие вас в обнаженном виде, вы всегда могли подать на этого человека в суд за распространение заведомо ложных порочащих сведений. Однако в интернете эта проблема приобретает новые формы, поэтому мы предоставили жертвам новые инструменты.
Надеюсь, это отвечает на заданный вопрос. Я считаю, что цензура недопустима, но в то же время средства защиты, существующие оффлайн, должны существовать и онлайн. И это, безусловно, не средства защиты от опасных идей, а средства защиты от опасного и антисоциального поведения.
МОДЕРАТОР: Спасибо, г-жа Роджерс. Перейдем к вопросу из живой очереди; его задаст Фаррух Юсупов из “Радио Свободная Европа/Радио Свобода”. Фаррух, пожалуйста, задавайте свой вопрос.
ВОПРОС: Благодарю вас, г-жа заместитель госсекретаря, за предоставленную возможность. Позвольте задать два вопроса. Я представляю “Радио Свободная Европа/Радио Свобода”. Во время визита министра иностранных дел Туркменистана Рашида Мередова в Вашингтон в прошлом месяце, в ходе встречи с ним государственный секретарь Марко Рубио выразил решительную поддержку диверсификации туркменского экспорта природного газа по транскаспийским маршрутам. В чем проявляется эта поддержка? Носит ли это поддержка политический характер, экономический характер или форму гарантий безопасности? Это первый вопрос. И…
ЗАМЕСТИТЕЛЬ ГОССЕКРЕТАРЯ РОДЖЕРС: Позвольте мне ответить на этот вопрос. Краеугольным камнем нашей внешней политики является стремление к безопасности, силе и процветанию, и мы хотим, чтобы наши партнеры, в том числе в группе C5+1, также были в безопасности, были сильны и процветали. На сегодняшний день Туркменистан занимает четвертое место в мире по запасам природного газа, и я полагаю, что мы заинтересованы в том, чтобы Туркменистан добился наилучших результатов в сфере разработки и экспорта этих запасов.
Конкретные вопросы прокладки этого трубопровода не входили в сферу моих обязанностей во время этого визита, но я хотела бы сослаться на комментарии госсекретаря Рубио по этому поводу.
МОДЕРАТОР: Спасибо. Мы постараемся выслушать как можно больше вопросов, поэтому, просьба к журналистам задавать лишь по одному вопросу. Перейдем к предварительно заданному вопросу Мегны Миттал из издания Moneycontrol: “Какого конкретного результата вы надеетесь достичь во время этой поездки в Индию?”
ЗАМЕСТИТЕЛЬ ГОССЕКРЕТАРЯ РОДЖЕРС: Итак, мы с Серджио Гором выступали вместе в Индийском технологическом институте (IIT) в Нью-Дели по поводу инициативы TRUST. И я считаю, что это один из многих конкретных проектов, которые продвигают некоторые из наших поистине важных стратегических интересов в регионе. Индия является одним из наших надежных партнеров в таких областях, как квантовые вычисления и цепочки поставок, и, на мой взгляд, это пример конкретной реализации приоритетов администрации Трампа в Южной и Центральной Азии.
Еще одним конкретным результатом этой политики стало углубление взаимодействия США с участниками “четверки”. Вслед за успешными встречами госсекретаря Рубио в формате “четверки”, несколько дней спустя я лично встретилась с некоторыми участниками нашего обмена в рамках “четверки”, чтобы обсудить волоконно-оптические кабели и другие важные технологические инициативы в регионе. Это был еще один конкретный шаг, который мы предприняли.
МОДЕРАТОР: Большое спасибо. Далее мы перейдем к вопросу, заданному в чате Камалом Дев Бхаттараи из Annapurna Express: “Похоже, что Соединенные Штаты больше не продвигают свободу слова, выражения мнений и свободу прессы в других странах. Почему США не уделяют этому приоритетного внимания при взаимодействии со странами Южной Азии?”
ЗАМЕСТИТЕЛЬ ГОССЕКРЕТАРЯ РОДЖЕРС: На самом деле я совершенно не могу согласиться с предпосылкой этого вопроса. Я считаю, что мы весьма активно продвигаем свободу слова в других странах. Более того, я лично была на передовых рубежах некоторых из этих переговоров, хотя ни в коем случае не могу претендовать на исключительную заслугу и подвергалась критике. И я горжусь этим. Борьба за свободу – это то, что американцы делают очень хорошо. Мы делаем это уже 250 лет.
Если вопрос в том, почему человек, выступающий за свободу слова, посещает Центральную Азию, я думаю, ответ кроется в готовности администрации Трампа – кстати, весьма продуктивной готовности, – заключать сделки и вести переговоры с кем угодно на взаимовыгодных условиях. Принцип “Америка прежде всего” никогда не означал “Америка в одиночестве”. И то, что некоторые из этих центральноазиатских стран не обладают той же историей и традициями свободы слова, что и Америка, не означает, что я не могу нести этот флаг или продвигать эти ценности, находясь здесь.
Я веду прямую трансляцию из Американского центра в Ашхабаде. Это единственное место во всем Туркменистане, где граждане страны имеют свободный публичный доступ к интернету без цензуры. Они получили его благодаря Америке. И я очень горжусь тем, что являюсь американкой и представляю здесь эту инициативу. Туркменское правительство знает, что мы предлагаем этот доступ, и поддерживает нас. Одна из причин этого заключается в том, что мы учредили множество программ, реализуемых в этом Американском центре, которые способствуют достижению двусторонних целей, общих для Соединенных Штатов и Туркменистана.
Когда вы приезжаете в эти страны Центральной Азии, следует помнить: люди любят говорить, что Америка – молодая страна, и наша система правления молода по сравнению, например, с Западной Европой. Мы существуем уже 250 лет. Эти страны Центральной Азии жили под гнетом СССР и КГБ до 1990-х годов, то есть вплоть до новейшей истории. И поэтому они все еще находятся на стадии становления. Но я думаю, что, основываясь на моих встречах здесь, в том числе с высокопоставленными правительственными должностными лицами, я с оптимизмом смотрю на то, что эта страна рассматривает открытость как цель, к которой она стремится. И могу сказать, что я встречалась в Узбекистане с молодыми туркменскими предпринимателями и студентами, которые с энтузиазмом используют американские технологии. Они знакомы с нейросетью Claude не понаслышке. Я наблюдала за ними – я наблюдала, как они участвовали в дебатах в американском стиле, и я наблюдала, как они упоминали такие вещи, как iPhone и план Маршалла, и я наблюдала, как они спорили об американской истории.
Поэтому я думаю, что инстинкты, обеспечивающие столь эффективное функционирование свободы слова в Америке, присутствуют и здесь. И я категорически отвергаю предположение о том, что забота о свободе слова означает, что я могу посещать только страны, где действует Первая поправка, потому что, честно говоря, это ограничило бы мои поездки, по сути, только территорией США.
МОДЕРАТОР: Спасибо. Далее мы ответим на вопрос из живой очереди, и его задаст Шоувик Дас из издания Mint. Шоувик, пожалуйста, задавайте свой вопрос.
ВОПРОС: Спасибо. Г-жа заместитель госсекретаря, у меня краткий вопрос по поводу вашего предстоящего визита в Индию. Конечно, Индия является одним из крупнейших рынков для некоторых крупных американских технологических компаний, и Соединенные Штаты также являются одним из крупнейших разработчиков фундаментальных технологий. Рассмотрит ли правительство США возможность создания рамочной политики сотрудничества с Индией, при которой обе страны будут получать взаимную выгоду от своих возможностей? В Индии, как известно, существует динамичная экосистема молодых стартапов, создающих перспективные технологии, а США также являются зрелым рынком для технологий. Возможно ли создание общей политики сотрудничества в рамках текущих обсуждений и двусторонних соглашений или на какой-либо другой основе? Спасибо.
ЗАМЕСТИТЕЛЬ ГОССЕКРЕТАРЯ РОДЖЕРС: Я полагаю, что между США и Индией уже существует сотрудничество по нескольким направлениям в сфере технологий, и вы совершенно правы. Индия – это огромный технологический рынок, и мы видим много продуктивного симбиоза между американскими и индийскими компаниями и предпринимателями. И отличным примером является одно из направлений сотрудничества, которое я упомянула в своем вступительном слове, – инициатива TRUST. И я думаю, что мы также видим продуктивное сотрудничество в рамках “четверки”. И я уверена, что в будущем появятся и другие направления продуктивного сотрудничества в сфере технологий.
МОДЕРАТОР: Далее мы рассмотрим вопрос из раздела “Вопросы и ответы”; Ишвар Дев Ханал из издания Khabarhub спрашивает: “В эпоху широко распространенной дезинформации как публичная дипломатия может укрепить доверие и наладить значимые связи между людьми в разных странах?”
ЗАМЕСТИТЕЛЬ ГОССЕКРЕТАРЯ РОДЖЕРС: Отличный вопрос. Итак, мы живем в новую эру коммуникаций. Изобретение мобильных локальных социальных сетей, а затем и искусственного интеллекта (ИИ), изменило то, как люди рассуждают, изменило то, как мы совершаем транзакции, и изменило то, как мы общаемся, так же кардинально, как изобретение телеграфа, кинопленки или печатного станка. И всякий раз, когда коммуникационные технологии меняются столь существенным образом, институтам приходится переосмысливать себя, возникает соблазн цензуры, и часто возникает кризис легитимности или авторитета, когда коммуникации становятся менее опосредованными, и люди могут говорить так, как раньше не могли. Думаю, это лишь некоторые из тенденций, которые мы наблюдаем сейчас.
Сейчас необходимость противостоять ложным заявлениям, враждебным пропагандистским операциям и рассказывать, в данном случае, историю Америки – рассказывать правду, – не является чем-то новым. Она существует уже давно. И мы просто ведем старую битву на новом поле боя. Однако я думаю, что некоторые технологические инструменты, которые позволяют создавать изображения и видео способами, которых раньше не было, также позволяют людям получать доступ к правде новыми способами.
Замечательное явление, которое я наблюдаю, – это внедрение на некоторых американских платформах социальных сетей, таких как X и Meta, интерактивных чат-ботов LLM, от которых пользователи могут получать информацию для проверки фактов. И это не панацея, но ранние исследования в области социальных наук уже показывают, что, когда люди взаимодействуют с ИИ, их политические взгляды становятся менее радикальными. И я считаю, что, опять же, это не полномасштабное решение, но обнадеживающий показатель. На мой взгляд, мы лучше всего справляемся с проблемами, внедряя инновации в процессе их решения, а не пытаясь загнать инновации обратно в бутылку.
Я полагаю, что это одна из продуктивных тенденций, которую мы наблюдаем. Я также считаю, что институты утратили доверие общественности, особенно на Западе, во время пандемии COVID, и задача таких людей, как я, которые занимают руководящие должности в институтах и занимаются защитой их интересов, – наша задача – вернуть доверие общественности. Я стараюсь делать это откровенно и прозрачно, не пытаясь влиять на то, что людям положено говорить, особенно в Соединенных Штатах, где Первая поправка запрещает мне это делать.
МОДЕРАТОР: Перейдем к вопросу из очереди от Азаза Сайеда из Geo News. Азаз, пожалуйста, задавайте свой вопрос.
ЗАМЕСТИТЕЛЬ ГОССЕКРЕТАРЯ РОДЖЕРС: Я его не слышу.
ВОПРОС: Да. Сейчас слышите?
ЗАМЕСТИТЕЛЬ ГОССЕКРЕТАРЯ РОДЖЕРС: Теперь я вас слышу. Извините, да.
ВОПРОС: Да. Ясно. Прежде всего, г-жа заместитель госсекретаря, поздравляю вас с замечательным визитом в Индию, Туркменистан, Узбекистан и Непал. Я просто хочу отметить, что в некоторых властных структурах государств также существует проблема отключения интернета, и вы знаете, что демократия, к сожалению, не является популярным способом правления. Она умирает; ведутся большие дебаты о том, что демократия умирает в этой среде. Так в чем же решение, как возродить демократию, а также свободу выражения мнений? Рассматривает ли Америка какие-либо правила для государств, запрещающие им отключать или прерывать интернет-доступ?
ЗАМЕСТИТЕЛЬ ГОССЕКРЕТАРЯ РОДЖЕРС: Думаю, я согласна с одним из основных положений вашего вопроса, а именно с тем, что самоуправление невозможно без свободы слова. Именно так функционирует демократия: вы можете вынести любую идею на всеобщее обсуждение и попытаться убедить своих сограждан, вместо того чтобы, например, брать в руки вилы или пытаться свергнуть правительство. И именно поэтому я искренне верю, что свобода слова была основой американского самоуправления на протяжении последних 250 лет.
Рассматривает ли Америка сейчас меры против стран, которые отключают интернет? Думаю, что ответные меры Америки на подобные кризисы зависят от множества факторов, но могу сказать, что одна из четких позиций Америки заключается в том, что независимо от того, что страны делают со своим собственным суверенным интернетом, вы не имеете права подвергать цензуре речь американцев на американской земле, на американских платформах. Это черта, которую мы провели.
Что касается внутреннего регулирования интернета в разных странах, я считаю, что наша позиция такова: Первая поправка – это огромное культурное достояние, и, если бы завтра все приняли Первую поправку, по моему личному, своеобразному мнению, человечество от этого только выиграло бы. Однако политическая позиция Америки в отношении различных решений, принимаемых разными странами, действительно зависит от множества факторов. Она зависит от того, как это повлияет на свободу слова американцев, на американские технологические компании и на другие стратегические интересы национальной безопасности.
Повторюсь, исходя из моего опыта, связанного с Первой поправкой к Конституции США, я бы призвала страны предоставлять своим гражданам свободу слова. Я считаю, что это полезно для демократии. И, отмечая здесь наше 250-летие, я каждый день размышляю о том, как я благодарна Америке за то, что она предоставляет свободу слова.
МОДЕРАТОР: Выслушаем еще один вопрос из прямой очереди, и его задаст Георгий Асланян из Turkmenportal Media. Георгий, пожалуйста, задавайте свой вопрос.
ВОПРОС: Спасибо, г-жа замгоссекретаря. Искусственный интеллект сейчас стремительно развивается по всему миру, и Туркменистан не является исключением. Страна планирует дальнейшее развитие ИИ, и ведутся переговоры с иностранными компаниями о строительстве центров обработки данных. Готовы ли американские компании к сотрудничеству в этой области? Какие компании могут быть вовлечены в него, и каковы конкретные перспективы такого сотрудничества?
ЗАМЕСТИТЕЛЬ ГОССЕКРЕТАРЯ РОДЖЕРС: Спасибо за вопрос. Я не могу выступать от имени какой-либо конкретной компании по поводу какой-либо потенциальной сделки, но могу сказать, что, исходя из моего богатого опыта, американские технологические компании очень стремятся к развитию и сотрудничеству, а американские инвесторы видят в ИИ будущее. В Центральной Азии тема ИИ и центров обработки данных поднималась почти в каждом моем разговоре, в том числе с высокопоставленными министрами в каждой стране, и это очень радует, потому что эта технология изменит то, как мы ведем бизнес, она изменит образование – я думаю, к лучшему. Могу сказать, что, общаясь как с молодежью, так и с предпринимателями, я видела преимущества ИИ, и меня воодушевляет интерес Туркменистана к этой технологии, и я не удивлена этому. Потому что, я полагаю, это правительство хочет технологий и процветания. И вообще, когда страна хочет технологий и процветания, американские компании готовы это обеспечить.
МОДЕРАТОР: У нас есть время еще на один-два вопроса. Рассмотрим предварительно заданный вопрос от Доврана Оразгылыжова из Atavatan Media, который спрашивает: “Видит ли правительство США возможности расширения сотрудничества в сфере образования посредством новых программ, стипендий, инициатив по обмену или партнерств университетов США с Туркменистаном?”
ЗАМЕСТИТЕЛЬ ГОССЕКРЕТАРЯ РОДЖЕРС: Безусловно, да. И, кстати, во время этого визита я обсуждала партнерство, которое сейчас находится в стадии разработки между Кентским университетом – американским высшим учебным заведением, – и Туркменистаном, предлагающее совместную программу магистратуры в области делового администрирования (MBA). И это лишь один из многих примеров. Могу сказать, что за пределами Туркменистана, в других пунктах этой поездки, когда я была в Узбекистане, я представила новую программу Фулбрайта – магистерскую программу по критически важным полезным ископаемым. И это отличный пример того, как образовательная дипломатия и обмены могут продвигать реальные стратегические приоритеты, включая цепочки поставок критически важных минералов. Когда я была в Индии и Непале, я работала над некоторыми подобными инициативами. Так что возможностей множество, и я думаю, что с большим оптимизмом смотрю на то, что принесут следующие несколько месяцев.
МОДЕРАТОР: Большое спасибо. У нас есть время еще на один вопрос. Выслушаем вопрос из живой очереди, от Джунаида Хана из 365 News. Джунаид, пожалуйста, задайте свой вопрос.
ВОПРОС: Спасибо. Г-жа Роджерс, вы меня слышите?
ЗАМЕСТИТЕЛЬ ГОССЕКРЕТАРЯ РОДЖЕРС: Я вас слышу.
ВОПРОС: Мадам, вопрос в том, что, будучи журналистом, пишущим о торговле, и человеком, изучающим историю, я хотел бы отметить, что, учитывая (неразборчиво) общую позицию Соединенных Штатов, США всегда оставались сторонником и одним из первопроходцев свободной рыночной экономики, либерализации торговли и демократии. Однако при нынешнем режиме мы наблюдаем, как демократия, а также свободная рыночная экономика, угасают, и это происходит из-за протекционизма, существовавшего во времена Александра Гамильтона. Поэтому, рассматривая публичную дипломатию, как вы поддерживаете отношения с Пакистаном, Индией, странами Центральной Азии, особенно когда речь идет о Пакистане, поскольку я из этой страны? Пакистан всегда оставался одним из ближайших союзников Соединенных Штатов. И в настоящее время мы видим, что Пакистан выступает посредником в заключении соглашения о прекращении огня между Ираном, Израилем и США.
МОДЕРАТОР: Прошу прощения за то, что прерываю, но, как представляется, мы услышали ваш первый вопрос, и заместитель госсекретаря Роджерс…
ВОПРОС: (Вне микрофона.)
Г-Н ПИГОТТ: Осталось мало времени, но я хочу ответить на этот вопрос. Я полностью согласен с тем, что Америка исторически была маяком свободного предпринимательства и самоуправления. И тот факт, что вы утверждаете, будто мы каким-то образом изменились, на самом деле свидетельствует о свободе СМИ, которой мы пользуемся, что, конечно, замечательно, но очевидно, что оба утверждения — полная чушь.
Что касается таможенных тарифов, то они выходят за рамки моих обязанностей здесь, но я скажу, что союзники Америки во все времена часто вводили тарифы на американские товары. Поэтому идея о том, что это противоречит альянсу, я думаю, опровергается историей. У нас были очень продуктивные переговоры за время работы этой администрации, и я уверен, что их будет еще много, но Америка остается приверженной капитализму. И я должен сказать, что, судя по моим встречам в Южной и Центральной Азии, энергия и процветание, созданные американскими компаниями, американским бизнесом и американской экономикой – и администрацией Трампа – действительно способствовали углублению партнерства.
И вы можете это увидеть. Вы можете увидеть это в энергии предпринимателей, которые обращаются к нам. Вы можете увидеть это в сделках, которые мы заключили в зоне сделок на конференции C5+1 прошлой осенью. Так что, на самом деле, перспективы довольно оптимистичные, и поэтому я очень рад находиться в этом регионе в это время от имени этого правительства.
МОДЕРАТОР: На этом сегодняшняя телеконференция завершается. Я хотела бы поблагодарить заместителя госсекретаря Роджерс за участие в обсуждении, а также всех наших журналистов за участие. Если у вас возникнут вопросы по поводу сегодняшней телеконференции, вы можете связаться с Лондонским международным медиацентром по адресу [email protected].
ЗАМЕСТИТЕЛЬ ГОССЕКРЕТАРЯ РОДЖЕРС: Всем спасибо.
________________________________________
Для просмотра оригинала:  https://www.state.gov/digital-press-briefing-under-secretary-for-public-diplomacy-sarah-b-rogers/
Этот перевод предоставляется для удобства пользователей, и только текст оригинала на английском языке следует считать официальным.