Menu
Russian English

‘Америка — это возможность стать профессионалом’: как русский хирург проводит уникальные операции в США



Подключайтесь к Telegram-каналу NashDom.US



 Дата: 21.11.2019 08:03

Вадим Гущин, практикующий хирург-онколог и директор двух онкологических клиник в городе Балтимор, штат Мэриленд. Вадим сумел не только продолжить свое медицинское образование в США, но и стать известным и уважаемым специалистом. Свою историю он рассказал Голосу Америки.

Во время длительных операций надо знать не только свои сильные стороны, но и свои слабости. Например, нужно быть в хорошей физической форме, потому что даже небольшая боль в спине может привести к тому, что ты будешь принимать не те решения. В сложных ситуациях я прошу или своих партнеров, или своих ассистентов дать мне совет. Мне нужна свежая мысль, свежий взгляд на ситуацию и это очень помогает.

Я работаю хирургом-онкологом в клинике Mercy в городе Балтимор. У нас частная хирургическая практика, в основном занимаемся онкологическими заболеваниями. По должности я — директор гастроинтестинальной онкологии и директор центра меланомы. Это работа с другими докторами из нашего онкологического центра, ведение научной работы и обучение других докторов.

Я выполняю уникальные операции по поводу перитонеального карциноматоза, а также делаю и другие операции, в том числе, с помощью робота Da Vinci. Пациенты, на моем опыте, выздоравливают раза в два быстрее, чем после лапароскопической операции.

В нашей практике 3 хирурга-онколога, но все они работают отдельно. В основном мы работаем с помощниками хирурга, их роль в том, чтобы помогать хирургу в операционной, вести пациента в палате и они вместе с нами смотрят пациентов в клинике, когда мы принимаем амбулаторно. В операционной нам помогает операционная сестра, которая подает инструменты, организует работу операционной, чтобы у нас были нужные лекарства, инструменты, чтобы все работало. Также у нас есть анестезиолог, который дает наркоз во время операции и следит за безопасностью пациента во время операции.

 

Когда мы делаем плановые операции — а хирургическая онкология подразумевает в основном такие — в операционной не должно быть стрессовой ситуации. Каждый знает свое место, каждый знает, что ему делать, каждый член команды обладает достаточным профессионализмом, чтобы стрессовых ситуаций не возникало.

Я родился и вырос в Москве, в США переехал, когда мне было 26 лет. Я тогда только что закончил медицинский институт и хирургическую резидентуру. Идея была в том, чтобы поступить в резидентуру и закончить свое медицинское образование именно в Соединенных Штатах Америки. Для меня это была совершенно недостижимая кинематографическая мечта, я сомневался, что могу ее когда-либо осуществить, но так случилось.

В России после окончания медицинского института я работал 2 года, получая специализацию общего хирурга. С американской клиникой был очень интересный контраст. В Америке, как написано в учебниках, как нас учат на тестах, именно так и происходит в реальной жизни. Нет различий, не надо забывать о том, чему тебя учили, и с началом профессиональной деятельности делать все иначе.

Я приехал в Чикаго, где жили родственники моей супруги, примерно через 1,5 года мы переехали в Филадельфию, где я начал свою хирургическую резидентуру в Пенсильванском университете. Проучился год там, а следующие 5 лет резидентуры я проходил в Вашингтоне. Еще 2 года специализации по хирургической онкологии я проходил в Баффало. Уже после этого приехал в Балтимор работать.

В пятницу у нас обычно проходят встречи нашего научного отдела, мы туда приглашаем других докторов: гинекологов-онкологов, химиотерапевтов, медицинских онкологов, и обсуждаем наши новые проекты. Наша научная работа мне очень дорога — все это было сделано своими руками, за это врачам не платят деньги, но без этого наша практическая деятельность в таком объеме и на таком уровне невозможна. В нашей научной группе часто бывают молодые доктора из других стран. Поскольку мой партнер Армандо из Колумбии, я из России, то неудивительно, что именно из этих стран приезжают молодые врачи.

Балтимор переполнен медицинскими учреждениями и здесь большое количество специалистов в той области, которая меня занимает, — в хирургической онкологии и в онкологии вообще. Это город, который дает мне доступ к тому, что я люблю. Я люблю музыку: мы часто ездим на концерты в Вашингтон, на оперу в Нью-Йорк, я стараюсь использовать все возможности, которые дает жизнь в этом необычном месте.

День начинается достаточно рано, будильник звонит в 5 часов и я собираюсь на пробежку, потому что надо поддержать свою физическую форму. Машин мало, окружение зеленое, народа нет, так что можно проснуться, подумать о своих делах на предстоящий день, послушать лекцию или подкаст. Дважды в неделю я хожу в зал, чтобы быть в хорошей форме. После этого к 7-7:30 утра еду на работу.

Каждый год в конце сентября пациенты со всех Соединенных Штатов — по-моему, из каждого штата — приезжают к нам в Балтимор, чтобы показать, что они не только живы, но и физически активны, но они также приезжают для основного в году фандрейзингового события, чтобы собрать средства для продолжения научной работы. Доктора выступают как приглашенные люди, мы это не организовываем — это делают сами пациенты. Более того, мы должны отчитываться за то, как мы потратили эти средства, рассказываем, на каких конференциях были, сколько статей написали, сколько пациентов участвовали в научном исследовании, которое финансируется событием. За каждый цент мы в ответе. Мы видим знакомые лица, приятно знать, что пациенты живы и здоровы. Много воспоминаний, объятий — это приятное событие.

Идея создать образовательный проект в России пришла ко мне не сразу. Я вернулся с одной из конференций из России, и руководитель частного фонда рассказал, что набирает студентов, которым дает стипендии и они учатся в одном из лучших онкологических учреждений России в Санкт-Петербурге. Из такого неожиданного ответа «да, давайте, может, что-то получится» это переросло в большой проект, где участвую я и мои русскоязычные коллеги. Проект вскоре получил название «Высшая школа онкологии», это проект дистанционного на данный момент обучения российских онкологов. Цель этого проекта — создать ядро онкологов, которые могли бы представлять современную онкологию западного типа в России. Сегодня в него вовлечено 60 молодых докторов, это наш пятый год.

Моя самая большая мечта — принести систему образования резидентуры в России. Не знаю, возможно это или нет, но это моя самая большая мечта. Моя задача расширить этот проект, чтобы он функционировал даже в мое отсутствие, и привлечение других преподавателей — одна из главных задач.
В Америке меня привлекает возможность стать профессионалом. Фактически, то, что я делаю — это все равно, что входить в отряд космонавтов. Примерно столько же людей делают в мире то, чем я занимаюсь. Безусловно, я не жалею, что сюда приехал, в том числе, из-за того, что у меня есть такая возможность с моим американским образованием.
Я прихожу на работу каждый раз с радостью и желанием — насколько я понимаю, это очень редко. Не припомню ни одного дня, когда бы мне не было интересно, не хотелось приехать на работу. Даже когда ты едешь посреди ночи оперировать пациента с осложнением, все равно я хочу это сделать. Нет такого: вот, опять надо идти на работу… Ни разу не было. Пока всё так, я считаю, жизнь удалась.
 
 Источником является ForumDaily.com


Редакция не несет ответственность за содержание информационных сообщений, полученных из внешних источников. Авторские материалы предлагаются без изменений или добавлений. Мнение редакции может не совпадать с мнением писателя (журналиста)
Для того, чтобы иметь возможность обсуждать публикации и оставлять комментарии Вам необходимо зарегистрироваться!

Ответы и обсуждения

Ещё из "Соотечественники":

Всё из "Соотечественники"

Подписка на получение новостей по почте

E-mail адрес обязателен
Name is required