Иран не заинтересован во временном прекращении огня и желает заключить прочное мирное соглашение с гарантиями ненападения со стороны США и Израиля, пишет The New York Times со ссылкой на источники.

Кроме того, Тегеран добивается смягчения экономических санкций. Источники издания напомнили, что на переговорах до войны снятие ограничений допускалось лишь при выполнении требований по ядерному оружию.

Несмотря на отказ наносить удары по энергообъектам, США продолжают атаки по другим целям, рассказали NYT американские и израильские чиновники. По их словам, в регион направляются дополнительные американские военные силы, президент США Дональд Трамп все еще изучает возможность высадки на остров Харк и операции по переброске сухопутных войск в Иран для обеспечения безопасности высокообогащенного урана.

Позицию Ирана передал министр иностранных дел Аббас Арагчи спецпосланнику президента США Стиву Уиткоффу.

По сведениям Ynet, иранская делегация передала, что новый верховный лидер Ирана Моджтаба Хаменеи «одобрил скорейшее завершение этого вопроса, если будут выполнены наши условия».

Однако власти Ирана опасаются, что переговоры с США могут оказаться ловушкой, сообщила The Wall Street Journal. В Иране считают, что США могут убить спикера иранского парламента Мохаммеда-Багера Галибафа. В Белом доме, писало Politico, рассматривают его кандидатуру в качестве потенциального лидера Исламской Республики.

Ранее президент Ирана Масуд Пезешкиан заявил, что война на Ближнем Востоке закончится, если США и Израиль признают законные права Ирана, выплатят репарации и дадут международные гарантии от будущей агрессии.

Накануне, 23 марта, Дональд Трамп объявил о глубоких и конструктивных переговорах с Ираном, в связи с чем перенес дедлайн деблокады Ормузского пролива. Прежде политик угрожал нанести удары по энергообъектам Ирана, если ультиматум не будет выполнен.

Тегеран опроверг факт переговоров. «Высказывания президента США звучат в контексте попыток снизить цены на энергоносители и выиграть время для реализации своих военных планов» — сказал Пезешкиан.