Menu
Russian English

Юрий Грымов описал "ад в Шереметьево"



Подключайтесь к Telegram-каналу NashDom.US



 Дата: 28.03.2020 04:16

Московский авиаузел обескровлен практически полным запретом международных рейсов. Терминал F аэропорта «Шереметьево» - тот самый еще советских времен Шереметьево-2 — остался единственным, до сих пор принимающий самолеты из-за рубежа. Практически — эвакуационные рейсы, возвращающие на родину «застрявших» из-за коронавирусной блокады россиян. В числе тех, кто 27 марта вернулся в Москву из Токио — известный режиссер, худрук театра «Модерн» Юрий Грымов. Который, по контрасту с японской столицей (где, кстати, развернут полноценный карантин), испытал настоящее потрясение от еще недавно образцового столичного аэропорта.

 

- Сегодня я прилетел в Москву из Токио, - рассказывает режиссер. - Практически последним рейсом перед закрытием границ. Конечно, я следил за всем происходящим в России и в мире — имею в виду коронавирус. Про то, как в Японии научились (и привыкли) справляться с трудностями, — это отдельный разговор. Одна только деталь: школы у них уже открылись.

В общем, я был готов к тому, что, вернувшись, я неизбежно стану сравнивать — как решают проблему коронавируса в Японии и как решаем мы. Не был я готов только к одному: что обстоятельства поставят меня перед необходимостью такого сравнения сразу же, в лоб, без раскачки.

 

Приземлившись, мы почти час сидели в самолете, ждали врача, который должен будет измерить температуру всем пассажирам. Сейчас в московские аэропорты прибывает самолетов раз в десять меньше, чем обычно, но — хорошо, готов понять: врачи перегружены, устали. Когда через сорок минут сидения в душном самолете в салоне наконец появился человек с тепловизором, думаю, у всех нас температура была выше нормы.

Пока мы сидели в самолете, все заполнили анкеты — какие-то обычные данные: ФИО, паспорт, откуда-куда-зачем. Все понятно и все правильно. Единственное — потом выясняется, что эти анкеты никому не нужны. Ни на паспортном контроле, ни на таможне — никто не мог ответить на вопрос: куда сдавать-то, кто у нас заберет эти бумажки?

 

Так, с анкетами в руках мы прошли таможню и паспортный контроль — и попали в филиал ада на земле. Потому что мы оказались в какой-то зоне, куда собирают всех подряд — взрослых, детей, стариков и инвалидов, транзитных пассажиров и таких, как я, вернувшихся на родину. Все оказались в одной куче, в одной плотной толпе. Какое там — метр расстояния между людьми, о чем вы! Оказалось, что это что-то вроде санпропускника: тебя снова встречают врачи в масках, которые меряют тебе температуру. Снова!

Зачем было ждать час в самолете на летном поле — задаваться этим вопросом уже поздно. Зачем было заполнять анкету — не понятно: у врачей она вызывает не больше интереса, чем минутой раньше у таможенников. Зато выясняется, что надо заполнить другую анкету. Новую. Рядом на каком-то столе свалена огромная куча каких-то бумажек — это и есть те самые, новые, правильные анкеты.

 

Ни о какой организации людских потоков речи не идет. Дети плачут, люди взвинчены до предела — полный бедлам. Кто как может, тот так сквозь этот кордон и прорывается. Подошел к врачам, говорю — пожалуйста, передайте руководству, что от этого бардака тут и здоровые заболеют; я уже не говорю об угрозе элементарно подхватить вирус в толпе пассажиров.

— Некому передать, — отвечают мне эти уставшие люди.

 

Я попытался найти кого-то, кому можно было бы передать мои пожелания, — никого. Никого из начальства. Одни «рядовые». Простые врачи-труженики, собирающие никому не нужные анкеты и измеряющие температуру тысячам прилетевших.

Сразу скажу: полностью согласен с тем, что карантин нужен. Это доказал Китай, я видел, как это работает в Японии. Я вижу, во что превращается карантин у нас. Поэтому я обращаюсь публично к тем людям, которые принимают решения: я готов стать волонтером и — обещаю — за день наведу порядок на прилете в московских международных аэропортах. Я серьезно. Дайте только мне какую-нибудь бумажку — «окончательную, фактическую», чтобы у меня были нужные полномочия. Ситуация чрезвычайная — так и решения нужны соответствующие. Хотя, в общем, это не так уж сложно — помочь людям, направить их куда нужно.

Давайте поможем друг другу.

Справка "МК": "Аэропорт «Шереметьево» сейчас единственный в России, имеющий право принимать международные рейсы. В качестве «карантинного» был выбран терминал F. Сейчас уже закрыты терминалы C и E, а с 1 апреля временно прекращается работа терминала D".

Подпишитесь на нашу рассылку и Вы будете ежедневно получать последние новости сгруппированные по категориям

Редакция не несет ответственность за содержание информационных сообщений, полученных из внешних источников. Авторские материалы предлагаются без изменений или добавлений. Мнение редакции может не совпадать с мнением писателя (журналиста)
Для того, чтобы иметь возможность обсуждать публикации и оставлять комментарии Вам необходимо зарегистрироваться!

Ответы и обсуждения

Ещё из "В России":

Всё из "В России"

Подписка на получение новостей по почте

E-mail адрес обязателен
Name is required