Menu
Russian English

• Фамилию менять будем?



Подключайтесь к Telegram-каналу NashDom.US



 Дата: 05.06.2019 04:38

• Фамилию менять будем?

К огда Ростропович регистрировал в районном загсе по месту прописки Вишневской свой брак, регистраторша сразу узнала знаменитую солистку Большого театра и поинтересовалась, за кого же она выходит замуж. Увидев довольно-таки невзрачного жениха, регистраторша сочувственно улыбнулась Вишневской, а с трудом прочитав фамилию “Ро… стро… по… вич”, сказала ему:
- Ну, товарищ, у вас сейчас есть последняя возможность сменить свою фамилию…

 
Рубинштейн в Вене
Когда Антон Рубинштейн гастролировал в Вене, он столкнулся с очень скупым антрепренером.
Переговоры об оплате концертов сильно затягивались, и тогда Рубинштейн заявил:
“Хорошо! Я согласен получить половину обычной суммы, но и играть буду вдвое тише обычного!”

 
 

Мы все поем…
Однажды Шаляпин после спектакля вышел из Большого театра и сел на извозчика. Когда они отъехал, извозчик спросил:
-А ты господин, чем занимаешься?
-Да вот пою.
-Я о другом. Я спрашиваю чем ты занимаешься? Петь – это мы все поем. И я пою когда грустно становится.
Я спрашиваю, что ты делаешь?

 
Кто тренер?
В 1953 году Давид Ойстрах был на гастролях в Англии, и посол СССР устроил приём в честь великого музыканта.

В разгар банкета к Ойстраху подошёл советский атташе по культуре, сделал множество комплиментов маэстро,а потом поинтересовался:
“Вы так хорошо играете на скрипке, но я давно хотел спросить, кто вы по профессии?”
Ойстрах чуть не поперхнулся:
“Я — скрипач”.
Атташе немного смутился:
“Конечно, конечно. А кто ваш тренер?”

 
Ойстрах – дирижёр.
В конце своей блистательной карьеры Давид Ойстрах стал увлекаться дирижированием, и его концерты всегда вызывали большой интерес.
Ойстрах однажды признался:
“Поймал себя на неожиданном ощущении: обычно в день выступления я после обеда отдыхаю и часок сплю, затем беру скрипку и начинаю потихоньку разыгрываться. А вчера, поднявшись, потянулся было за инструментами, и вдруг вспомнил:
ба, да я же сегодня дирижирую! И так хорошо стало на душе”.

 
Пусть висит!
В кабинете композитора Дмитрия Шостаковича рядом с портретом Бетховена одно время висел портрет Матвея Блантера.
У Шостаковича спросили:
“Дмитрий Дмитриевич! Чем объяснить такой ваш выбор?”
Шостакович ответил просто:
“Бетховена я очень люблю, а этот cам Мотя принёс и повесил. Ну, и хорошо, пусть висит…”

 
Россини – Я тоже
Как-то на вечеринке в богатом доме, куда был приглашен Россини, одну даму попросили спеть. Она долго жеманилась,но в конце концов согласилась спеть каватину Розины из «Севильского цирюльника». Прежде чем начать, она обратилась к Россини:
- Ах, маэстро, если бы вы знали, как я боюсь!
- Я тоже, – отозвался Россини.

 

Эротичный инструмент
Один из друзей Растроповича решил подшутить над ним:
“Слава! Ты играешь на очень эротичном инструменте – зажимаешь его между ног, водишь туда-сюда смычком…”
Растропович перебил собеседника:
“Что ты, самый эротичный инструмент – это кларнет”.

 

 

Поздравление
К французскому композитору Морису Равелю постоянно обращался за советом один совершенно бездарный коллега.
- Вот, маэстро, – однажды сказал он, – это мое последнее сочинение!
- О, мосье! – сказал Равель обрадованно. – В таком случае я от души вас поздравляю!

 

Композитор Бородин – Ради бога, как тебя зовут?
Выдающийся ученый и композитор Бородин был весьма рассеянным человеком. Как-то он поехал за границу.
Во время проверки паспортов на пограничном пункте чиновник спросил, как зовут его жену. Бородин в то время думал про что-то свое и не понял сразу вопроса. Чиновник посмотрел на него с подозрением:
-Не знаете как зовут вашу жену?
В этот момент в помещение вошла его жена Екатерина Сергеевна. Бородин бросился к ней:
- Катя! Ради бога, как тебя зовут?

 
Веский довод
Когда Растроповича и Эмиля Гилельса пригласили на длительные гастроли в США, их, разумеется, отпустили, но без жён. Музыканты обратились к министру культуры СССР Фурцевой с просьбой о разрешении выезда и для их жён.
Фурцева обещала помочь, но попросила написать официальное заявление.
Просьба Гилельса выглядела так:
“Поскольку я страдаю заболеванием печени и нуждаюсь в специальном уходе, а гастроли в США намечены на два с половиной месяца, прошу направить со мной мою жену”.
Просьба Растроповича выглядела совершенно иначе:
“Поскольку я абсолютно здоров и еду в на два с половиной месяца, прошу разрешить выезд с женой”.
Выезд жёнам музыкантов разрешили, но они так и не поняли, чей довод оказался более убедительным для властей.

 
Плата Паганини
Однажды, опаздывая на концерт, Паганини нанял извозчика и спросил:
- Сколько стоит доехать до театра?
- Десять франков, – ответил извозчик.
- Вы шутите? – удивился Паганини, так как извозчик назвал сумму в десять раз большую, чем обычно.
- Нет, не шучу. Вы ведь берете по десять франков за билет с каждого, кто приходит слушать, как вы играете на одной струне.
- Хорошо, – ответил Паганини, – я заплачу вам десять франков, но только в том случае, если вы довезете меня до театра на одном колесе.

 
Наказание
Когда Растропович стал укрывать на своей даче опального Солженицына, вскоре последовали санкции со стороны властей.
Фурцева вызвала к себе музыканта и в резкой форме заявила:
“Мстислав Леопольдович! Ваша акция идёт вразрез с политикой государства, и мы вынуждены соответственно отреагировать.
За границу посылать не будем, можете гастролировать по стране”.
Растропович искренне удивился:
“А что, концерты на родине вы считаете наказанием?”

 
Вагнер и переводчик
На репетиции в Лондоне Вагнер был очень недоволен трубачами и закричал:
“Скажите этим ослам, что, если они не будут играть прилично, то я выкину их вон!”
Переводчик-музыкант внимательно выслушал Вагнера и перевел:
“Джентльмены! Маэстро вполне отдает себе отчет в тех затруднениях, которые вызывает у вас его музыка.
Он просит вас сделать все, что в ваших силах, и ни в коем случае не волноваться”.

 
Вагнер и Обер
Когда Рихард Вагнер приехал в Париж, он встретился там с французским
композитором Франсуа Обером.
Во время беседы Обер заметил, что ему понадобилось тридцать лет для того, чтобы понять, что у него нет музыкального таланта. Вагнер на это улыбнулся:
“И тогда, конечно, вы оставили занятия музыкой”.
Обер возразил:
“Ну, что вы! Тогда я уже был слишком знаменит для этого!”

 
Нога Пуччини
Однажды итальянский композитор Джакомо Пуччини сломал себе ногу и попал в больницу.
Когда друзья навестили его там, то он удивил их тем, что весело встретил их и, показывая на свою ногу, сказал:
“Я так счастлив, друзья! Мне уже начали сооружать памятник!”

 

Совсем по-русски
Когда в СССР развернулась борьба с космополитизмом, известному дирижёру Борису Хайкину предложили сменить фамилию.
Он отказался:
“Фамилию менять не стану, но готов на компромисс — согласен заменить вторую букву; тогда моя фамилия будет звучать совсем по-русски”.

 
 
 

Подпишитесь на нашу рассылку и Вы будете ежедневно получать последние новости сгруппированные по категориям

Редакция не несет ответственность за содержание информационных сообщений, полученных из внешних источников. Авторские материалы предлагаются без изменений или добавлений. Мнение редакции может не совпадать с мнением писателя (журналиста)
Для того, чтобы иметь возможность обсуждать публикации и оставлять комментарии Вам необходимо зарегистрироваться!

Ответы и обсуждения

Ещё из "Забавные строки, подаренные читателями":

Всё из "Забавные строки, подаренные читателями"

Подписка на получение новостей по почте

E-mail адрес обязателен
Name is required